Русские дизели

«Как видим, ни одно из «основных условий совершенного сгорания» в действительном двигателе Дизеля не исполнено; но именно поэтому он достиг не только практической пригодности вообще, но и своего экономического превосходства. Тот факт, что с 1897 г., параллельно изменению диаграммы, шло постоянное уменьшение керосина с 240 до 185 г., дает право вполне серьезно утверждать, что тепловой эффект будет тем совершеннее, чем дальше «рациональный тепловой двигатель» отойдет от своего прототипа…»

Гуго Гюльднер, инженер, директор общества двигателей Гюльднера в Мюнхене.

С давних времен среди правителей нашего царства-государства пользуется большой популярностью славная традиция – ругать или замалчивать все успехи, достигнутые до них, но зато громогласно восхвалять собственные, порой весьма скромные достижения. Вот и в советское время (которое сейчас так усиленно ругают) во всех книгах писали, что до 1917 года промышленность царской России находилась в этаком полукустарном состоянии, и на многочисленных заводах и фабриках ничего особо выдающегося, кроме эксплуатации пролетариата, не происходило. Поэтому многие современные граждане искренне уверены, что в царской России люди по улицам ездили исключительно на телегах и санях, наиболее типичным русским механиком был деревенский кузнец, а наивысшим достижением русской инженерной школы являлся пышущий жаром красавец-паровоз.

Но иногда, ради исключения, советская публицистика вдруг неожиданно выходила из исторического ступора и обнародовала некоторые удивительные факты из дореволюционного прошлого.

Например, в 1949 году, когда советская промышленность немного отдышалась после тяжелых военных лет, а СССР находился в экономической блокаде, устроенной сговорившимися между собой крупными капиталистическими странами, было решено напомнить буржуазному миру о каких-нибудь славных технических достижениях, свершенных в России еще до революции. Тут то и вспомнили, что еще в начале прошлого века русские заводы выпускали великолепные двигатели, которыми не стыдно было похвастать перед всем миром.

И вот в ноябре 1949 года была открыта научная конференция, на которой седобородые ученые и инженеры помянули славные дела давно минувших дней, и в итоге составили любопытную резолюцию:

…Русским инженерам и ученым принадлежит честь разработки и первого применения всех основных технических решений, определяющих успех и широкое распространение двигателей с воспламенением от сжатия……Современный двигатель с воспламенением от сжатия является совершенно иным, нежели предлагавшийся Р. Дизелем, но никогда не осуществленный и неосуществимый «рациональный» двигатель…

Я предчувствую, что читатель сейчас лукаво улыбается и недоверчиво качает головой, мол, вот опять наша страна объявляется «родиной слонов»... И совершенно напрасно.

Тут полезно вспомнить, что российское промышленное производство было заложено еще в 16 веке, когда Петр I начал заманивать в Россию большое число заморских людей, являвшихся специалистами в различных областях науки и техники. Среди приехавших иностранцев попадались удивительные механики-самородки, многие из них впоследствии женились на красивых русских девушках и в результате навсегда застряли среди заснеженных просторов нашей необъятной Родины. И технические гены старых мастеров, словно искры, ярко вспыхивающие в отдаленном потомстве, периодически выплескивали в российскую инженерную среду удивительно талантливых русских людей с нерусскими, словно вышедшими из средних веков немецкими и шведскими фамилиями. Да и после Петра некоторые умные правители продолжили эту славную традицию.

Предвестником эры конструирования двигателей с воспламенением от сжатия в нашей стране выступил председатель Русского технического общества «русский немец» профессор Георгий (Георг) Филиппович фон Депп, который в июне 1897 г. приехал в г. Кассель и присутствовал на историческом съезде Союза германских инженеров, где его однокашник по Мюнхенскому училищу Рудольф Дизель выступал с докладом о своем новом двигателе.

Г.Ф. Депп

Депп сразу оценил несомненную пользу такого мотора для российской промышленности и после заседания встретился с изобретателем и предложил рассмотреть возможность уступки права (патента) на изготовление двигателей его конструкции в России.

Пребывающий в тот момент в самом зените славы высокомерный изобретатель отнесся к данной затее весьма скептически. Он заявил старому товарищу, что, по его мнению, российское механическое производство пока еще находится в младенческом возрасте и низкоквалифицированные неаккуратные русские рабочие не в силах обеспечить необходимую точность при изготовлении деталей мотора, что сделает невозможным его безотказную работу. В результате это лишь подорвет деловую репутацию конструктора и опорочит честь его «рационального теплового двигателя». Депп мягко объяснил изобретателю, что в России (помимо медведей) тоже имеется промышленность, которая достигла хорошего технического уровня. В итоге Дизель согласился рассмотреть этот вопрос (лишние деньги никому не помешают) и вскоре поспешил защитить права на свой мотор русским патентом (привилегией), который был открыт 9 августа 1897 г. за № 261.

Тут необходимо сделать очень важное замечание.

Описание, приложенное к русской Привилегии № 261, гласило, что в изобретенном двигателе воздух сначала сжимается столь сильно, что получаемая в результате температура превосходит температуру воспламенения употребляемого топлива; затем в цилиндр постепенно впускается «горючий материал», сгорание которого «не сопровождается заметным повышением температуры и давления». Мало того, Дизель написал, что «охлаждение является результатом самой работы газов, не требуя искусственного охлаждения стенок цилиндров, которые, напротив, снабжаются изолирующей покрышкой».

Проще говоря, в защищенном русским патентом двигателе Дизеля сгорание топлива происходит с постоянной температурой и постоянным давлением, мотор не нуждается в системе охлаждения (водяной рубашке), и ему даже требуется дополнительное утепление цилиндра, дабы драгоценное тепло не уходило в атмосферу, а использовалось на полезную работу.

Из анализа описания можно сделать объективный вывод: Рудольф Дизель защитил русской привилегией не действительный двигатель, который был построен на Аугсбургском заводе (образец №3), а двигатель, являющийся плодом его теоретических изысканий, — тот самый «рациональный тепловой двигатель», который никогда не был воплощен в металле и пребывал лишь в мечтах изобретателя.

Именно этот воображаемый Рудольфом Дизелем научно-фантастический двигатель можно и нужно называть словом «дизельмотор».

О чем и было сообщено одним из докладчиков в ходе упомянутой выше научной конференции, проведенной в 1949 году.

Продолжение следует...